?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Павел Чиков. Фото: Сергей Карпов / ИТАР-ТАСС

Павел Чиков. Фото: Сергей Карпов / ИТАР-ТАСС

Глава «Агоры» Павел Чиков рассказал «Русской планете» об итогах прокурорских проверок НКО, бессмысленности новых законов, регулирующих интернет, и «болотном деле»

– Хочется начать вопросом о проверках на московских рынках. Они идут уже три дня, тысячи задержанных. Такой вопрос, а где правозащитники?

– Плохо, упрек резонный.

– Не успели отреагировать? Не поняли, не знают как работать?

– Не успели отреагировать, думаю, деморализовали удары, которые были. Все организации находятся в стадии судебных разбирательств с прокуратурой, непублично уже. У меня мысль запустить горячую линию юридической помощи, но я понимаю, что мы не справимся с таким масштабом. Работы для правозащитников очень много, а по факту дел такое огромное количество, просто на разрыв аорты. У каждого из наших юристов по горло громких судебных процессов в ежедневном режиме. За тему рынков я бы взялся с удовольствием, и может, мы еще возьмемся. Но здесь есть своя специфика: там очень сильно влияние диаспор. Они всегда стараются с властью договариваться сами. Это как с бандитами, которые имеют каналы неформального торга с ментами. Здесь ровно то же самое.

Я недавно пересматривал сериал «Ликвидация» – там то же самое, один в один. Войсковая операция военной контрразведки в Одессе против бандитов. Ее суть состояла в том, что прилично одетые они гуляли по Одессе и клали бандитов без суда и следствия. И как этому пытался противостоять уголовный розыск. К чему это привело в фильме? Начались бунты. Такого рода действия не приводят к ожидаемым последствиям. Потому что убивается смысл и суть правового государства. Это чисто произвольные действия со стороны силовиков.

Сотрудники полиции на сельскохозяйственном рынке «Выхино». Фото: Максим Блинов / РИА Новости


Сотрудники полиции на сельскохозяйственном рынке «Выхино». Фото: Максим Блинов / РИА Новости


Понятно, что эта войсковая операция на рынках будет иметь начало и конец. За неделю вакуум будет заполнен. За неделю! Ну что, разогнали Черкизон? Ну было уже, москвичи должны помнить! И чего? А сейчас что получилось?

Или, как они это называют, декриминализация рынков. А кто допустил их криминализацию? Кто? Кто был начальником московской милиции? Бинго! Министр внутренних дел Колокольцев, нет разве?!

Вы что, изгоните всех нелегалов из Москвы? Даже в советское время лимиту никто не смог выгнать, даже во время Олимпиады на 20 дней. Читаешь новости: обнаружили помещение, где жили 2 тысячи нелегалов. Я понять не могу, а где участковый? У нас каждая территория, дом, дворик поделены на участки. За каждым закреплен сотрудник полиции, который получает 40-50- 60 тысяч рублей плюс социальный пакет плюс остальное. Где он был-то? Это как в случае с Магой. Почему опера повели себя как лохи? Потому что их бьют люди, с которых они кормятся. Так на любом рынке с советского времени. У меня есть друг, у которого отец был из казанского ОБХСС, он уже лет 20 на пенсии. Он денег на еду и на выпивку не тратит до сих пор. Так что и в Советском Союзе так было, да и в Российской империи, достаточно Гиляровского почитать. Такие же облавы, такие же зачистки.

– Тогда к вопросу о прокурорских проверках НКО. Вы недавно написали, что все эти проверки, даже сам закон об НКО был направлен против ассоциации «Голос»? Откуда такие соображения и что дальше будет с этой организацией?

– Когда закон только приняли, то невооруженный взгляд на неправительственный сектор страны с вопросом: кому тут можно предъявить за политику, неминуемо упирался в «Голос». Я уверен, что никакой политикой «Голос» не занимается. Но просто из всех остальных он там ближе всего стоит, потому что выборы. Другая причина в том, что наезд на «Голос» начался в канун выборов в Госдуму в декабре 2011 года. Главу организации Лилию Шибанову за день до выборов задержали в Шереметьево и изъяли ноутбук, продержав шесть часов. И дальше все пошло по нарастающий: штраф, потом налоговая, потом то, потом это. И к лету власти раскачались на закон, и читалось это откровенно, исходя из конструкции. Ни на кого другого не наезжали из неправительственных организаций, мы жили довольно комфортно. Потом бац, и закон! Мы же логику президентской администрации во главе с Путиным за 14 лет успели изучить. Избирательные судебные решения, избирательные приговоры, избирательные законы, избирательные постановления правительства, избирательные проверки – все это абсолютно ложилось в логику и традицию последних лет. Поэтому предположение, что закон принимался под «Голос», имеет под собой основания.

Заместитель исполнительного директора ассоциации «Голос» Григорий Мельконьянц на заседании мирового суда по административному делу против ассоциации. Фото: Рамиль Ситдиков / РИА Новости


Заместитель исполнительного директора ассоциации «Голос» Григорий Мельконьянц на заседании мирового суда по административному делу против ассоциации. Фото: Рамиль Ситдиков / РИА Новости


По факту сейчас прокуратура инициировала девять административных дел по статье «иностранные агенты» (статья 19.34 КоАП). Минюст инициировал два, оба против организаций, входящих в холдинг «Голос». Минюст оба дела выиграл в Москве. Прокуратура же на данный момент выиграла только одно дело из семи. Три проиграла в Перми, два в Петербурге и одно повисло в Костроме. И там есть неплохие шансы дело отбить. Только одно дело, и то странное, против ЛГБТ-кинофестиваля – выиграно. Кинофестиваль, ну какая политика! Понятно, что местечковая питерская гомофобная политика повлияла на прокуратуру.

Но я знаю из всяких кулуаров, силовых и административных, это был эксцесс исполнителя.

Почему прокуратура полезла? Потому что у прокуратуры в последнее время не складывается жизнь. Она сцепилась со Следственным комитетом, но тот оказался другой весовой категории.

Хотя прокурор Игнатенко вышел, но по репутации прокуратуры был нанесен колоссальный удар. И прокуратура очень переживает по поводу утраты влияния. По поводу того, что Александр Иванович Бастрыкин может общаться с Владимиром Владимировичем часто, а Юрий Яковлевич Чайка – нет. И желание компенсировать выпавшее политическое влияние, на мой взгляд, объясняет эту инициативу прокуратуры.

Достаточно посмотреть, какие комплексные проверки прокуратура проводила в последнее время – нетрудно понять, что она пытается улавливать тренды, идти в кильватере флагмана – Кремля. Зимой проводилась прокурорская проверка органов усыновления и попечительства: дети, усыновление, антиамериканский закон Димы Яковлева. И все, нет, ушла тема! Забыли, да? Но наезд был масштабный.

С НКО выбор прокурорских был точно таким. Но тут для них вышла неприятная история, прокурорские влипли в коровью лепешку: некоммерческий сектор стал подванивать. Как выяснилось, они недооценили, я это знаю точно.

Мне в Москве руководители проверяемых организаций говорили, что им прокуроры жаловались в кулуарах на «Агору», которая вставляет палки в колеса. Для меня был откровенный шок, когда Чайка в докладе президенту по итогам проверки упомянул только две НКО. Причем в последовательности такой: сначала «Агора», потом «Голос».

Во-первых, я понял, что нам хана. Во-вторых, для меня это означало вендетту. За что можно предъявить «Агоре»? Ну все же знают, чем мы занимаемся. Все знают, что мы от политики на пушечный выстрел. Да, мы противопоставили себя прокуратуре в рамках кампании наезда на НКО. Как процессуальные оппоненты, юристы, как люди, которые консультируют организации, на которые прокуратура наезжает, а потом сама признает, что закон не очень. Я очень доволен, что у нас около 20 организаций по стране выбрали тактику не предоставлять документы прокуратуре, ссылаясь на то, что проверка не законна. И сделали это до изменений в КоАП, и отделались 2 тысячами штрафа за неисполнение требований прокурора. Пока суд да дело, пока обжалование – проверка прошла. Этой тактикой воспользовались многие очень хорошо. Кто посоветовал? Мы. У нас есть основания считать проверку незаконной. Но мы же не на улицу людей выводим, не вооруженное восстание планируем, мы собираемся судиться, обжаловать. В чем обидка-то? Так что получилось несерьезно: генпрокурор президенту жалуется на какую-то правозащитную организацию, которая им так много всего испортила. Мне, конечно, приятно было. А спустя месяц выяснилось, что нам ничего не прилетело (смеется – РП). Мы, конечно, капитально подготовились.

– А чем состояла подготовка? Какие варианты действий у вас были для самого худшего сценария: перекрытие счетов, обыски, выемки? Чего самого тяжелого ждали, что может произойти?

– Разогнать, ликвидировать, заставить прекратить свою деятельность в качестве юридического лица на территории России и грозить уголовной ответственностью. Если говорить про административки: штрафы там довольно приличные, 300 тысяч – большой удар по семейному бюджету. Скажу, что мы были и сейчас готовы к любому исходу, вплоть до ликвидации. Это прижмет нас на какое-то время, но оно будет короткое – наша деятельность не прекратится. «Агора» – это команда юристов и нескольких журналистов, которые нашу деятельность освещают. У нас штатных сотрудников пять человек. Все остальные – это адвокаты и частнопрактикующие юристы, вы не можете запретить им работать. Закон об иностранных агентов на них не распространяется: тогда надо запретить адвокатам получать деньги из-за границы. Думаю, известный лоббист адвокатских интересов Генри Маркович Резник и все адвокатское сообщество это не позволит. «Агора» может действовать как общественное объединение без регистрации. Мы нигде не арендуем офисы, это делают наши юристы. Чайка сказал Путину, что «Агора» создала разветвленную сеть по России и финансирует их политическую деятельность. Это ложь от начала и до конца. Мы не создали ни одного юрлица. Мы не переводили ни рубля ни одной партнерской организации, только юристам исключительно по конкретным историям: тут ВИЧ-инфицированным таблеток не дают, тут кого-то забили в тюрьме, тут у нас отдел «Дальний», тут зеки в Краснокаменске сожгли зону и потом их сутки убивали, и немножко – защита московских демонстрантов.

– Тогда вопрос об организации, которая на фоне прокурорских проверок ушла в тень – о Минюсте. Ведь они должны заниматься некоммерческими организациями. Какова их позиция?

– Воооооооот. По закону уполномоченным органом по контролю за НКО является Минюст. Казалось бы, причем здесь прокуратура? Понятно, что прокуратура грубым образом вторглась на территорию Минюста. Я убежден, что это было, в том числе следствием публичной позиции министра Коновалова, который говорил, что закон дерьмовый, и его будет применять очень трудно. «Мы не репрессивный орган», я цитирую (министра – РП), и нужен не один год, чтобы это все сделать.

В этот момент, я полагаю, Чайка увидел открывшееся окно политических возможностей. Он увидел возможность упрекнуть Минюст в саботаже политики Кремля.

Об этом не стесняясь Алексей Жафяров (начальник Управления по делам политических партий, общественных и религиозных объединений Генпрокуратуры – РП) написал в письме Алексею Глухову (глава правозащитной организации «Щит и меч», которая первой попыталась зарегистрироваться в качестве «иностранного агента» – РП), что прокуратура вносит представление в адрес министра юстиции. А по итогам в ответ на жалобу Чайки Путин сказал, что надо различать НКО: есть те, которые да, а есть те, которые случайно попали. А поскольку Чайка упомянул две организации, то «различать» надо среди них. И еще один политический косяк генпрокурора: он сказал, что в СПЧ сидят иностранные агенты. И после этого было важно услышать позицию Кремля, ее озвучил Песков. Он сказал, организации должны исполнять закон, а члены СПЧ это люди, выбранные президентом. Общий смысл был в том, что Песков обозначил: СПЧ это территория президента, а не ваша. Но я никаких индульгенций здесь не жду и иллюзий не строю.

– Хорошо, вернемся к Минюсту. Откуда тогда история с «Голосом»?

– Минюст был вынужден принести в жертву «Голос». Увидев на горизонте риск обвинений в саботаже решений Кремля, чиновники ведомства напряглись. Там очень хорошие юристы, они играют на другой стороне, и если бы не дурацкая политика вокруг этого закона… Когда Коновалов пришел на пост министра юстиции, объективно не было в чем упрекнуть Минюст в течение пяти лет его работы с некоммерческими организациями.

Мне кажется, Минюст больше никому претензий предъявлять не будет.

На мой взгляд, политическое решение с изменением закона принято, то есть – будет пауза по репрессиям в отношении НКО. С другой стороны, в некоммерческом секторе вздрогнули. Это плохая вещь. Это то же самое, как у журналистов с самоцензурой: это дело может потянуть на «политику», а то нет.

Когда возникло предложение подать заявки на бюджетное финансирование, мы тоже думали. Это большой риск: есть Михаил Савва (директор грантовых программ НКО «Южный региональный ресурсный центр», обвиняемый в присвоении государственного гранта – РП), которые уже три месяца сидит в СИЗО за то, что он не так израсходовал бюджетные 300 тысяч рублей. Так, ни о чем деньги-то, не триллион. Мы решили попросить деньги, немного, на работу наших региональных юристов по пыткам в полиции, дедовщине, по случаям гибели пациентов от медицинской халатности. Чистая классическая правозащита.

– То есть считаете, что такое затишье, прессинг временно закончился?

– Вообще, чтобы угробить борьбу с произволом правоохранительных органов, достаточно физически устранить два десятка человек.

– Звучит не очень оптимистично.

– Но мы знаем, что физическое устранение не является одним из методов внутренней политики президента Путина. Что угодно можно предъявить, но не это – за исключением Кавказа и дел Политковской и Эстемировой, которые сложно привязать напрямую к Кремлю. Стас Маркелов и Бабурова – это правые. Пожалуй, ближе всего к Кремлю стоит покушение на Олега Кашина.

– Хорошо, вы говорите , что вы вне политики. Но вот как объяснить человеку со стороны, что избиение активиста Дмитрия Монахова на Манежной площади – это не политика? Что ваше участие в защите обвиняемых по «болотному делу», которое многие считают политическим, это не политика? Где грань между защитой прав и влиянием на решения первых лиц государства?

Активист движения «Солидарность» Дмитрий Монахов во время задержания на народном сходе в поддержку оппозиционера Алексея Навального. Фото: Михаил Почуев / ИТАР-ТАСС


Активист движения «Солидарность» Дмитрий Монахов во время задержания на народном сходе в поддержку оппозиционера Алексея Навального. Фото: Михаил Почуев / ИТАР-ТАСС


–Безусловно, границу провести довольно трудно. Все, что бы ты ни делал, это все – политика. Коммерческая деятельность – это не политика? Вступление в ВТО? А уборка мусора в городе? Спросите жителей Неаполя, какой политикой может быть невывоз мусора.  Согласно такой позиции вообще все политика

С другой стороны, посмотрим на историю Монахова. Он вышел на акцию протеста, был задержан без предъявления обвинений. Протокола нет, дела нет, отпустили – то есть, задержан был незаконно. После задержания его запихнули в автозак и нанесли черепно-мозговую травму. Какая политика? Прошло 10 дней, и уголовного дела нет. С черепно-мозговой травмой! Это вопрос чисто юридический. Есть очевидные признаки преступления, фотокорреспонденты фиксировали на фото, есть куча записей. Там все как на ладони стало понятно. Мы здесь бьемся в рамках УПК. Общественным интересом является возбуждение уголовного дела. Я не прошу уволить министра внутренних дел или главу ГУВД Москвы, в том числе потому что это ни на что не повлияет. Мне нужно одно дело при очевидных признаках преступления. И оно будет иметь колоссальные положительные последствия. Потому что полицейские присмиреют, они увидят, что гарантированная безнаказанность закончилась.

Посмотрите на историю с жемчужным прапорщиком в Питере. Одно дело, и мы не получаем жалоб на полицейское насилие, или их заметно меньше. А в Москве мы имеем две сломанных руки за последние три года. Чего мы дождемся, трупа? Ну давайте ждать трупа, там деваться некуда. Безнаказанность избыточного применения физической силы сотрудниками полиции порождает ответное насилие, это очевидно же.

Сотрудники правоохранительных органов во время задержания участников акции оппозиции «Марш миллионов», которые прошли на Болотной площади. Фото: Денис Вышинский / Коммерсантъ


Сотрудники правоохранительных органов во время задержания участников «Марша миллионов» 6 мая 2012 года на Болотной площади. Фото: Денис Вышинский / Коммерсантъ


– Так и произошло на Болотной 6 мая, в том числе?

– Готовность противостоять полиции была у большего числа участников акций 6 мая, чем на предыдущих акциях. То, что, как мне кажется, удастся доказать защите – не знаю, учтет ли это суд – что действия полиции прямо или косвенно спровоцировали насилие. Все эти коридоры, теснота: я не буду говорить за провокаторов, но искорки пошли. Они были с двух сторон. Я почти уверен, что и сторона полиции шла заряженной, там дежурили следователи СК. Обе стороны были заряжены. Кому от этого хорошо? Не российскому обществу. Я не радикал, я не за насильственное свержение власти, я вообще юрист. Но оснований считать, что власти заведут уголовное дело по Монахову, не очень много. История с Магой показывает, как власти настроены. Они готовы провести войсковую операцию в Москве.

Хочется спросить об Алексее Гаскарове, который сейчас обвиняется по «болотному делу», он сразу после событий 6 мая обратился с вашими юристами с требованием возбудить уголовное дело. Есть видео, где его избивают. Могло бы «болотное дело» развиваться по-другому, если бы тогда возбудили уголовное дело?

– Все было бы совсем по-другому. Но я не верю, что это могло бы быть. Если бы только они не забили кого-то до смерти, и было бы видео.

Что касается дела Алексея Гаскарова, то я убежден, что он белая ворона даже в белыми нитками шитом «болотном деле». Он там по другой линии. Мое убеждение, что он там из-за личных неприязненных отношений и мести оперативников Центра «Э» за оправдательный приговор по атаке на Химкинскую администрацию.

Тогдашнее оправдание было мощнейшим, демонстративным, наотмашь ударом по лицу Центра по противодействию экстремизму. Есть и вторая причина, на которую, как мне кажется, и купился СК.

Алексей Гаскаров. Фото: Сергей Киселев / Коммерсантъ


Алексей Гаскаров. Фото: Сергей Киселев / Коммерсантъ


Гаскаров – это лидер потенциально очень мощного движения антифашистов и анархистов, и всего левого движения в России. Он по этому списку и в КСО оказался, он политическое лицо целого движения. Его именно в таком лице «продали» эшники: он вел людей на Болотной, он много лет стоит на оперативном учете, пользуясь ресурсами среди правозащитников избежал уголовной ответственности. Он там по политической линии. Если бы было по-другому, он еще год назад был бы арестован.

– Вы защищаете не только «протестантов», как сами говорите. Какие еще категории граждан нуждаются в правозащите, может быть, даже в большей степени, чем политактивисты? О них я хотя бы могу прочитать в социальных сетях, такие дела на виду. Есть же и другие дела?

– Да, это ключевой момент. Многим во власти кажется, что мы занимаемся политикой, потому что такие политические дела привлекают общественное внимание. Мы сейчас с Ильнуром Шараповым (адвокат «Агоры» - РП) готовим доклад по нарушению прав ВИЧ-инфицированных иностранцев, которые женаты или замужем за гражданами России. Им не дают вид на жительство и пытаются выслать из страны. Никто не знает, а у Ильнура уже около 20 выигранных дел – то есть суды признают незаконными решения ФМС о выдворении этих людей.

С психушками это вообще – мы туда копнули, там просто туши фонарь. Там непаханое поле.

Мы видим, что старые правозащитные организации, которые были нишевиками в 1990-е годы, уходят с поля. «Независимая психиатрическая ассоциация» заявила, что у них уже год нет финансирования, и их деятельность фактически прекращена. Фонд «Право матери» Вероники Марченко, «Комитет солдатских матерей» - они практически перестали действовать. В 1990-е годы эти люди действительно влияли на государственную политику. Новых людей практически не приходит, организаций нет, а всем заниматься невозможно. Причем в таких делах успеха добиваться гораздо проще, они аполитичные. Здесь огромный потенциал развития.

– Почему тогда новые организации не возникают? Чем занимаются так называемые кремлевские правозащитники?

полный текст интервью: http://rusplt.ru/society/Chikov-interviu.html
автор: Сергей Смирнов

Comments

( 22 comments — Leave a comment )
well_p
Aug. 6th, 2013 03:57 pm (UTC)
"""""Такой вопрос, а где правозащитники?"""""

Они что дураки за бесплатно работать ?
(Deleted comment)
well_p
Aug. 6th, 2013 04:01 pm (UTC)
Я просто сказал правду . Причем тут камни и палки ?
(Deleted comment)
(no subject) - impulsplus3 - Aug. 6th, 2013 04:01 pm (UTC) - Expand
moremost
Aug. 6th, 2013 04:16 pm (UTC)
Да двоякое мнение Кто виноват кто прав. Но однозначно не доработка законов.
busia777
Aug. 6th, 2013 04:16 pm (UTC)
пока люди нужны они на свободе как только перестанут быть такими сразу все вспомнится и будет за что упрятать
так еще и скажут мол мы милосердные 1 раз простили второй раз уж извени
lukilukii
Aug. 6th, 2013 04:16 pm (UTC)
хороший вопрос про кремлевских правозащитников((
borman_b
Aug. 6th, 2013 04:18 pm (UTC)
любопытно было выслушать дебаты двух сторон..если таковы когда-нибудь будут...
jj_sex2000
Aug. 6th, 2013 04:20 pm (UTC)
Суета крыс эта политика
fromnorthcyprus
Aug. 6th, 2013 04:27 pm (UTC)
Без бутылки не разобраться... А я не пью. Что делать? :)
anton9876
Aug. 6th, 2013 04:30 pm (UTC)
Нужно разобраться "наказать" виновных ...и продолжать по старому.
leo1974
Aug. 6th, 2013 04:31 pm (UTC)
слабо бьют все это либеральное говно.
mamuly28
Aug. 6th, 2013 04:36 pm (UTC)

Что делать? политика
kalashok
Aug. 6th, 2013 04:40 pm (UTC)
И чо, какое-то хуйло на проплаченные пиндосами деньги тут разводит промо-интервью (т.е. опять заплатили)?
А не пойти ли тебе нахуй, Агора?
Ты вообще в курсе, как живет твой поганный пиндостан? И куда катится...
(no subject) - donskoikrokodil - Aug. 6th, 2013 04:40 pm (UTC) - Expand
druidych
Aug. 6th, 2013 04:50 pm (UTC)
По отношению к авторам Путин может и изменить свою политику неликвидации )))
arendaflatspb
Aug. 6th, 2013 04:57 pm (UTC)
Политика - дело, все таки очень грязное, не хочется влезать во избежании.
(Deleted comment)
nataliailina
Aug. 6th, 2013 05:14 pm (UTC)
+
никто из "политических деятелей" и не вякает о происходящей реальности
gerald_n
Aug. 6th, 2013 05:23 pm (UTC)
сейчас для возникновения новой организации нужны большие финансы.
dro63
Aug. 6th, 2013 05:54 pm (UTC)
Вот истинное лицо общественников по правам человека. Людям помощь их нужна, а они молчат. В рот воды набрали.
( 22 comments — Leave a comment )

Latest Month

October 2016
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel